Что за наваждение? Даже в воздухе пахнет яблоком. Я чувствую, как оно лопается у меня во рту, и кисло-сладкий сок брызгает своей свежестью. “Господи, дай мне яблоко”, — обращаюсь я к Богу. Кафе аэропорта не принимало наши карточки к оплате. Ладно… Прилетим в Индию, и первым делом я отправлюсь на базар. Мы с мужем коротали время до следующего рейса и без спешки слонялись по аэропорту. А яблоки манили меня к себе с прилавков магазинов: они розовели, зеленели, хрустели…
Мы брели по аэропорту, и я всматривалась в пол. Может быть кто-то обронит ненужную мелочь? А может быть будут раздавать пробники с яблоками? Да нет же! Фрукты будут давать в самолёте. Я молилась настойчивей: “Господи, дай мне яблоко”. Но в тоже время у меня в голове крутилась мысль: “Так молятся дети. Хватит капризничать и дразнить себя. Да! Бог может дать яблоко, но Он не обязан этого делать”.
Два часа, которые изменили жизнь буддистского монаха | Стэн и Лана – Иисус без границ
Последний подарок папы | Стэн и Лана – Иисус без границ
А как же на счёт Апостола Петра? Ночь. Бушует море. Ветер рвёт паруса. Волны вздымаются и захлёстывают лодку. Вдруг ученики Христа видят, что кто-то идёт по гребням волн. Призрак не тонет и не петляет, призрак направляется прямо к ним в лодку. И тут взрослые мужчины запаниковали и закричали от страха. Что же будет дальше?
— Не бойтесь, это Я — ваш Учитель! — услышали ученики сквозь шум непогоды.
— Вы тоже слышали голос Христа? Или нам всем почудилось? — кричали друг другу бывалые рыбаки.
— Если это Господь, то Он прикажет мне, и я смогу пойти по воде, — сообразил Пётр.
— Иди! — звучит голос сквозь бурю. И Пётр тут же перелез через борт лодки.
— Он утонет! — завопили опытные рыбаки. Но Пётр встал на гребень волны. Он поверил словам, которые он услышал во тьме, и пошёл по воде.
Ученик Христа попросил о чуде, хотя ходить по воде совсем необязательно. “Господи, дай мне моё необязательное яблоко”. Тем временем мы добрели до пустых кресел… Яблоко! Оно зеленью улыбалось мне из-под пустого кресла: кто-то обронил его, но оно верно ожидало меня. Есть ли что невозможное для Бога? Ты — моё самое ароматное яблоко. Ты — моё самое необязательное чудо!
Опять самолёт. Из-за усталости и длинного путешествия у меня разболелась голова, и я погрузилась в некрепкий сон. “Excuse me!” — разбудил меня чей-то голос. На меня смотрел буддистский монах с раскосыми глазами. “Нет, Господь, не сейчас,” — подумала я. Передо мной стоял человек, о котором мы молились пять месяцев. Но тут головная боль напомнила мне о себе, и я подумала, что ответ на молитву пришёл не во время.
А началось всё с нашей поездки в Непал в 2015 году, когда там случилось землетрясение. С первого взгляда Непал напоминает Индию: женщины закутываются в шестиметровые сари, люди любят рис и поклоняются идолам. Непал — это горное королевство, которое является маленькой копией Индии. Непал впитал в себя и буддизм и индуизм. Две религии переплелись между собой и наложили отпечаток на облик и верования страны.
Паутина мистики опутала Гималайские горы и поселилась в Тибете. Древние храмы и монастыри очаровывают людей и притягивают к себе толпы любопытных туристов. Наивные иностранцы думают, что теперь они постигнут тайны Вселенной и получат исцеление от болезней. Белые люди прочитали в умных книгах, что восточные религии откроют им смысл жизни.
Но они не знают, что сакральная тишина столетий обманывает и открывает двери в оккультизм. Люди ищут просветления, но находят помутнение. Открою вам секрет. У просветлённого человека столько же смысла жизни, сколько и у обычного человека. То есть очень мало. Но мы заглянем за кулисы и увидим, что скрывают индуизм и буддизм от глаз любопытных туристов.
Дзинь-дзинь-дзинь… Дёргают люди за колокольчик в индуистском храме. Вдруг шестирукая богиня ссорится с демоном, и поэтому она не отвечает на молитву? А может она заснула, и поэтому не слышит людей? Тогда звук колокольчика разбудит её и привлечёт внимание к поклонению. Народ украшает идолов гирляндами из оранжевых цветов, приносит рис, фрукты и деньги, которые забирают себе священники. Индуисты поклоняются в капищах и наносят на лоб смесь красного порошка, йогурта и рисовой муки.
Запах горелой плоти привёл нас к реке. На возвышениях тлели трупы, а несгоревшие останки плыли вниз по течению. Человеческая плоть загнивала, растекалась по городу и говорила о смерти. Охотники за сокровищами выловят покойников, снимут с них золотые цепочки, кольца и браслеты и продадут улов в соседней лавке по скупке золота. Старики мечтают умереть на берегу реки вдали от семьи и забот, потому что такая смерть гарантирует им удачное перерождение в следующей жизни. Слышите? Берег реки пахнет смертью.
Там же мы встретили индуистских священников и пилигримов. Они погружались в реку и смывали свои грехи. Но через год гарантия на прощение грехов закончится, и они опять вернутся к святым водам. Священники курили травку, танцевали до одури и видели галлюцинации. “Там чудеса, там леший бродит, русалка на ветвях сидит…” Вот тебе и просветлённые люди. Вот тебе и смысл жизни.
Один раз в пять лет в Непале проводят фестиваль. На последний праздник приехали сотни тысяч человек из Непала и Индии. Паломники принесли жертвы богине смерти. Они знают, что божество напьётся крови, и тогда оно подобреет и благословит людей. И вопияли к идолам, и грохотали ритуальные барабаны, и земля утонула в крови. Они фестивалили больше недели и кричали: “Велика богиня кровавая!” Кричите громче! Может быть ваш бог задумался или заснул? Ну, тогда он проснется!
Жрецы закололи быков, открутили головы курам, зарубили овечек и чёрных козлят. Потом считали, считали… Получилось, что богиня смерти уморила 200 тысяч мелких животных, птиц, и 15 тысяч крупного рогатого скота. Во время фестиваля люди ели туши убитых животных, а остатки забрали в свои деревни. Хм… Вот тебе и вегетарианцы. Вот тебе и религия без насилия. Оказывается, в индуизме всё жёстко.
Места поклонения буддистов тоже не пустуют. Буддисты строят ступы. Это куполообразные сооружения, которые паломники традиционно обходят по часовой стрелке. Ступы бывают очень маленькими, а бывают очень большими. На самом верху ступы рисуют красками глазки Будды. Буддисты верят в злых духов и демонов, но не верят, что у человека есть душа.
Люди придумали молитвенные флажки, которыми они украшают горы, мосты, храмы. На них напечатаны тибетские письмена, и когда ветер треплет флажки, то молитвы устремляются… Интересно, а куда они устремляются? Буддисты не верят в Бога. Будда — не Бог. А ещё люди придумали молитвенные прогулки. Вдоль забора по периметру храма ходят толпы людей, перебирают чётки и крутят барабаны. На барабанах написаны молитвы. Пока барабан крутится, молитва идёт… Интересно, а куда она идёт?
Буддистские монахи построили монастыри у подножий священных вершин. Люди верят, что один сын в семье должен отказаться от мирской жизни и стать монахом, поэтому в монастырях живёт много детей. Родители навсегда отсылают своих пятилетних малышей из родного дома к чужим людям. Монахи обучают детей школьной грамоте и открывают для них дверь в оккультизм.
В 1950 году Китай оккупировал Тибет. Через десят лет после этого Далай-лама и министры убежали в Индию, и теперь они управляют Тибетом с территории Индии. Большинство тибетцев живёт в Китае, но они верят, что однажды Тибет обретёт независимость. Они любят свою родину, Будду и своё правительство в изгнании. Тибетцы — религиозные патриоты.
Каждый год они формируют команды в Тибете и нелегально переправляют сотни детей в Индию и Непал. Родители знают, что они навсегда расстаются со своими сыновьями и дочерьми. Скажите, вы подумали, что дети летят на самолёте? Нет. Пятилетние мальчики и девочки идут через горы пешком. Путешествие длится больше месяца. Одни дети замерзают насмерть или гибнут от голода. Другие срываются с обрывов или теряются в горах. Но многие малыши доберутся до Непала и Индии, чтобы в будущем отвоевать Тибет у Китая.
Но вначале детей оденут в монашескую одежду и научат любить Будду и родину. Во время перехода гибнут дети, гибнут опытные проводники, и никто не считает, сколько жизней загубила “любовь”… Малыши выжили, но они никогда не увидят свои семьи, которые остались в Тибете. Теперь они будут жить и воспитываться в буддистских монастырях Непала и Индии.
И вот рядом со мной в самолёте уселся буддистский монах. Краем глаза я рассматривала моего попутчика. Бритая налысо голова… Сочно-бордовый кусок ткани свободно драпировал тело тибетского монаха… Открытые сандали… Он выглядел просто, однако внимание пассажиров было приковано к нему. В самолёт зашли древние традиции Тибета, оккультные знания и любовь к родине.
Пять месяцев мы молились о буддистских монахах, но теперь мне захотелось отмолчаться. И у меня была причина: я не в лучшей форме. Что окажется сильнее? Усталость? Неловкость перед незнакомцем? Услышит ли Евангелие учитель тайн Тибета? “Проповедуй Слово во время и не во время, когда болен и когда здоров,” — зазвучало у меня в голове.
У нас завязался разговор. Монах не верил в Бога. Но ему нравился Иисус. Мы возвращались с пасторской конференции, где мы обучали 50 индийских пасторов, а монах возвращался с семинара, где он обучал 5 тысяч буддистских монахов. Монах не верил, что у него есть душа. Однако в конце разговора мы помолились, и монах первый раз в жизни обратился к Иисусу. Нас покачивало от усталости, но мы завершили свою маленькую миссию.
Мы верим в Бога, и вот почему… У всякой вещи есть автор. Хорошая вещь — талантливый автор. Поэтому люди спрашивают: “Кто нарисовал эту картину? Кто написал эту книгу?» Мы ищем автора. Мы хотим знать его имя.
Учёные изучают мельчайшие частицы и обозревают звёзды. Они исследуют океан и ошеломляют нас открытиями и сенсациями. Поэтому люди спрашивают: “Как появился этот мир? Кто придумал законы физики и химии?” Мы ищем Автора. Мы хотим знать Его Имя.
Мы восхищаемся гармонией и красотой человеческого тела. Поэтому все спрашивают: “Кто сотворил людей?» Бог — Невидимый Автор. Великий Мастер поставил подпись под каждым Своим творением. Его мудрость превосходит знания человека. Бог — это Дух, поэтому люди не видят Его. Но Иисус Христос принёс величайшее откровение: “Видевший Меня — видел Бога”. Мы нашли Автора. Мы знаем Его Имя.
Последний подарок папы
Для многих непальских семей то утро ничем не отличалось от вереницы других дней. Люди из касты прачек стирали одежду в домах преуспевающего среднего класса, а вернее отбивали одежду деревянной палкой. Портные шили на швейной машинке, купленной еще при “царе горохе”. А люди из касты гладильщиков ходили из дома в дом и собирали постиранные вещи, чтобы погладить их чугунным утюгом, заправленным раскалёнными углями. Люди разных профессий заселили окраины Катманду. Домишки продавцов фруктов и овощей, старьёвщиков и другой прислуги раскинулись среди гордых Гималайских гор, ущельев и скал.
Молодой мужчина проснулся с первыми лучами солнца. А его жена встала ещё затемно, чтобы приготовить завтрак для семьи из десяти человек. Жирные лепёшки и острая чечевичная подливка, заученные с детства мантры и ароматные палочки, тлеющие перед изображением идолов, работа… Всё было, как раньше. Всё шло, как обычно.
Пятилетняя Субина и шестилетняя Маниша были родными сёстрами. Они всё ещё посапывали в широкой семейной кровати, где по азиатской традиции спали все вместе — мама, папа и дети. Многочисленная родня девочек жила в трехэтажном доме, который строился на протяжении десятилетий, медленно обрастая новыми этажами и комнатами. Отец семейства владел магазинчиком, который приносил доход и восполнял нужды большой семьи.
Субина и Маниша ни о чём не беспокоились, ведь мама и папа всегда были рядом. Подарки родителей, нежность, игры без строгих правил — это и называется детством. Девочки обожали мамины пирожки-самосы, которые она щедро сдабривала специями. А папа баловал своих девчонок и покупал для них сладости, приготовленные из творога, масла и сахара. Дети росли в большой семье, окружённые теплом и заботой, и, казалось, что так будет всегда.
В детстве сокрыта тайна, которую знали даже самые строгие дяди и самые недовольные тёти. Детство нанесло визит всем взрослым, не смотря на то, что они подзабыли об этом. Все взрослые когда-то были детьми. В то время они не помнили обид и не таили злобу. А мелкие неприятности оставались в прошлом, и о них никто не вспоминал. Слёзы размазывались кулочками и без следа высыхали на лицах забияк. В детстве никто не был знаком ни с проблемами, ни с тяжким грузом вины.
Однако наивные секреты детства остались в прошлом. Мальчишки-непоседы превратились в дяденек, которые надели на себя суровые лица. А девчушки-хохотушки стали умными тётеньками, которые разучились улыбаться. Однажды детство вспорхнуло и унеслось в отчаянную юность, распахнув дверь во взрослую жизнь. Но для каждого ребёнка детство заканчивается в разное время. И когда истекает срок годности детства никому неизвестно, — даже самым грамотным взрослым.
В тот день Субина и Маниша резвились неподалёку от дома. А накануне папа подарил им большой жёлтый мячик. “Лови”, — крикнула Маниша младшей сестре и подбросила мячик вверх. Вдруг девочка почувствовала, как под ногами качнулась земля, и что-то мощное сбило её с ног. Она потеряла равновесие и распласталась на асфальте. Что это?
Маниша стояла на четвереньках… И вдруг близлежащая гостиница слегка накренилась и, как подкошенная, поползла вниз. Четырёхэтажное здание разваливалось у неё на глазах. Куски бетона и арматуры похоронили под собой всех, кто находился рядом. Девочка оцепенела от ужаса. Грохот, пыль, мольбы о помощи… Что происходит?
Рядом с гостиницей было построено открытое водохранилище, куда люди приходили помыться и постирать одежду. Рухнувшее здание замуровало заживо всех, кто в тот злополучный день устроил стирку. Битый кирпич, стекло и поломанная мебель глушили крики тонущих людей.
Серая туча взметнулась вверх, укрыв всё вокруг одеялом из пыли. И солнце потускнело. Кирпично-бетонная пелена царапала легкие и душила кашлем. И небо поседело. Вдруг обесценилось всё, кроме самой жизни. И земля облачилась в траур. Всё! Казалось, что детство девочек закончилось. Но на самом деле на территорию детства вторглось горе. Недетское горе. Рассвет озарил жизнь детей на короткое время и мгновенно превратился в предсмертный закат.
«Субина! Где моя маленькая Субина?» — похолодела Маниша. Девочка всхлипывала и вслушивалась в вопли, пытаясь различить плач младшей сестры. Неуверенными шажками Маниша прокладывала себе путь вперед. Она обходила груды стонущих обломков, которые ещё минуту назад назывались её домом, магазином её папы, соседней гостиницей… Самая длинная и самая страшная дорога в её жизни только-только началась. Девочка петляла среди горя и разрушенных зданий. Она задыхалась от слёз и плотного облака пыли, взметнувшегося к небесам.
Смертельно раненое детство заметалось, как птица в клетке, но никуда не ушло. В знак печали детство посыпало себе голову пеплом и поменяло имя с беззаботного на горемычное. В жизни девочек началась новая глава, которая началась с трагедии. Детство не умеет бороться с несчастьем, поэтому оно сроднилось с голодом, болезнями и слезами.
Впереди мелькнуло яркое платьишко Субины. Маниша подбежала к сестре и крепко схватила её за руку. Девочки осиротело стояли и вытирали горькие слёзы. Внезапно ясный день ослеп от слёз и превратился в чёрную ночь. Они не знали, куда теперь идти. Они не знали, что теперь делать.
Вой сирен наполнял воздух. Вокруг девочек плакали соседи и чужие люди. Кто-то стонал и причитал, а кто-то окаменел в горя. Едва слышная мольба из под бетонных плит — и люди бросались разгребать завалы голыми руками, пытаясь вырвать хоть кого-то из цепких лап смерти. Там не было безучастных. Там не было равнодушных.
Детство всхлипывало и размазывало пыль чумазыми кулачками. Как же так? Ведь детство не должно быть бездомным. Ведь детство не может быть нелюбимым. Но теперь детство будет терпеть голод и привыкать к беде и болезням.
Вдруг Маниша увидела последний подарок папы. Жёлтый мячик! Он так выделялся на фоне скорбящего мира. Он выжил в трагедии и был готов поиграть. Выжила в трагедии и она, но вот играть ей совсем не хотелось. Где же папа? Пусть он крепко прижмёт её к себе! Где же мама? Пусть она скажет: «Не бойся, доченька, тебе приснился кошмарный сон!» Малышка скучала… Малышка тосковала…
Семья девочек погибла под обломками одного из самых разрушительных землетрясений в истории Непала. Мы приютили Субину, Манишу и ещё одну четырёхлетнюю девочку по имени Арти в одном из наших детских домов недалеко от непальской границы. У девочек нашлись родственники, живущие в Индии, которые через год после землетрясения забрали осиротевших детей в свои семьи.
Магнитуда землетрясения составила 7,8 балла. Эпицентр находился недалеко от Эвереста — высочайшей вершины мира, которую ежегодно покоряют сотни туристов. Подъём на вершину Эвереста занимает два месяца, включая акклиматизацию и установку лагерей. Низкое содержание кислорода, температура до минус 50-60C, ураганные ветра, сходы лавин, обрыв с крутых склонов и падение в расщелины — ничто из перечисленного не останавливает альпинистов, и даже цена. Стоимость восхождения составляет 85 тысяч долларов. В тот день во время землетрясения под снежными лавинами погибли 19 альпинистов из разных стран мира. А так же погибли местные проводники шерпы и носильщики.
Трагедия в Непале унесла более 9 тысяч жизней, было покалечено более 18 тысяч человек. Толчки ощущались в столице Индии и в других индийских штатах. Были разрушены школы, больницы и древнейшие постройки. Были повреждены десятки тысяч строений. Сотни родителей были погребены заживо, не долюбив своих осиротевших детей. Мировая общественность оказала гуманитарную помощь и обеспечила людей палатками, тёплыми вещами и едой. Но такую помощь получили только те, кто жил недалеко от столицы.
Высоко в Гималайских горах живёт народность, которая называет себя шерпы или тибетцы. Оползни уничтожили деревушки шерп и оставили без крова тысячи семей. Это труднодоступные места, куда не так просто добраться. Поэтому количество жертв и разрушений до сих пор сложно подсчитать.
В горных деревнях до сих пор нет электричества. Когда шерпы строят дома, то в специально отведённых местах они устанавливают сакральные статуи. Рядом с идолами они зажигают самодельные свечки, и это наполняет их дома мистической атмосферой. Шерпы неграмотны, но им нет равных среди альпинистов. Они сильны, выносливы и терпеливы. Шерпы верят в демонов, живущих в горах, пещерах и лесах. Шерпы верят, что горные вершины — это боги. А ламы или шаманы передают людям послания богов, злых духов и диагностируют болезни. Тибетский буддизм крайне неприветлив к христианам.
Вот к таким людям и пришла беда. Но в тоже самое время к ним пришло Божье Слово. В течении года после землетрясения непальские церкви формировали международные команды и отправляли их в труднодоступные горные поселения. Экспедиции христиан пробирались по горным тропкам много дней подряд. Люди нагружали себя одеялами и медикаментами. Представьте себе! Они несли на плечах жестяные крыши и строительный материал, чтобы восстановить разрушенные дома шерп. Смелые христиане поднимались в горы и рисковали своими жизнями. Эти жертвенные люди оставляли свои семьи и работы. Но они не оставляли самого главного — любовь к другому человеку. Они заново отстраивали дома в горных деревнях, рассказывали буддистам о Христе и изгоняли из людей нечистых духов.